сообщение №763

Если бы молодость знала...

Мексику не назовешь автомобильной державой. Так же сложно утверждать, что мексиканцы - большие любители автогонок. Да, горячие, как все латиноамериканцы, они быстро увлекаются новым делом и новыми людьми, однако так же быстро остывают и к делу, будь то революция или автогонки, и к былым кумирам. Одна из труднейших и романтических гонок мира - "Каррера Панамерикана" продержалась на мексиканских дорогах всего пять лет. В следующем десятилетии, с 1963 по 1970 проводился Большой приз Мексики, этап чемпионата мира формулы 1. Потом об автогонках опять надолго забыли.

Но вот в 1986 году на том самом месте, где когда-то носились болиды формулы 1, в большом парке "Магдалена Миксука", разбитого на дне высохшего озера в Мехико-сити, как по мановению волшебной палочки, появилась новая современная трасса. Называлась она "Автодром имени братьев Родригес". Шестьдесят тысяч зрителей собрались на его трибунах. Однако совсем немногие смогли бы ответить, кто такие эти братья. Кто-то, поразмыслив, произнес бы неуверенно: "Родригес? Это гонщики. Кажется, что-то у них там не сложилось..." А большинство просто пожали бы плечами.

Хагард Родригес гордился своими сыновьями. Может кто-то сказал бы, что ростом они не вышли. Но разве это в мужчине главное?! Молодые, красивые, смелые, они занимались настоящим мужским спортом и рано или поздно должны были стать солидными бизнесменами. Родригес-старший свято в это верил, ведь и сам он начинал карьеру обычным полицейским и дни и ночи напролет носился по Мехико на здоровенном "Харлей-Дэвидсоне". А теперь - кто не знает Хагарда Родригеса? И денег - слава богу, внукам хватит, и связи весьма обширные - вплоть до са-а-амого верха!

Отец не жалел для сыновей ничего. Мальчишки выбрали мотоциклы и автомобили. И подарки получали поистине королевские - гоночные машины самых последних марок.

Педро - он был на два года старше - первым воспользовался отцовской щедростью. В двенадцать лет он выиграл первую свою гонку - на мотоцикле "Адлер" со 125-кубовым двигателем. Через два года, в 1954-м стал чемпионом Мексики по мотогонкам. А через год отец выписал ему из Германии полуторалитровый "Порше" - последний крик тогдашней автомобильной моды. Потом был еще английский "Ягуар" и, наконец, "Феррари".

Однако, нужно сразу оговориться, Педро не бросился в автогонки очертя голову. Конечно, он принимал участие почти во всех местных соревнованиях. Да и какой мальчишка - 12 ему лет или 18 - устоит перед настоящим гоночным автомобилем. Но честолюбие старшего брата не простиралось слишком далеко, и гонки не были для него самоцелью.

Совсем другим был Рикардо. От спокойного, тихого, немного замкнутого Педро его отличал страстный, бескомпромиссный характер, неуемная жажда борьбы и живой, веселый нрав. Он был победителем, а это всегда очаровывает журналистов, специалистов и красивых женщин. К тому же у него был такой прекрасный раздражитель, как победы брата. И Рикардо тоже становится чемпионом Мексики. И тоже в 14 лет. И так же, как Педро, пересаживается за руль автомобиля. Только вот марки машин у него были другие - может быть специально выпрашивал у отца такие, чтобы отличаться от брата. Сначала ФИАТ, потом "Опель" и, наконец, экзотическая итальянская "Оска". Но в конце концов обоих братьев заметил знаменитый "Коко" - Луиджи Чинетти. Он занимался импортом автомобилей "Феррари" в Северной Америке, а по совместительству экспортом в Италию заокеанских гоночных талантов. Так Родригесы оказались в поле зрения "коммендаторе".

Гоночный стиль Рикардо сразу привлек к себе внимание. Его называли тигром за рулем, он выжимал из машины все, на что она была способна. Ездил очень быстро, рискованно, что всегда страшно нравится зрителям. Однако - и это главное качество гонщика Рикардо Родригеса - он вовсе не был одним из тех сумасшедших, что, выпучив глаза, несутся к победе любой ценой. Именно эту его черту сразу углядели специалисты. Младшему Родригесу удавалось, несмотря на кажущуюся бесшабашность, приводить к финишу тысячемильных гонок, 24-часовых соревнований в Ле-Мане чрезвычайно капризные "оски" и сложные и требовательные "феррари".

Рикардо (в центре) и Педро внимательно слушают советы механика команды.
Рикардо (в центре) и Педро внимательно слушают советы механика команды.

Педро, как и в жизни, за рулем был совсем другим. В гонке мозг его работал, словно компьютер, скрупулезно просчитывая все варианты и не оставляя и доли процента для непредвиденных случайностей. Конечно, он был мексиканцем, и время от времени (но очень и очень редко!) темперамент его брал верх. И все же держать в узде и собственные чувства, и возможности машины было его девизом. Не слишком резко, не слишком броско, даже, если хотите, не слишком красиво внешне, зато максимально надежно. И, естественно, достаточно быстро.

Впервые о братьях Родригес услышали в Европе в 1958 году. Тогда Чинетти пригласил их на старт в одном экипаже. Однако 16-летнему Рикардо старт не разрешили - куда такой годится маленький! Педро стартовал с французом Жаном Бера, но до финиша их "Феррари" не дошел.

А "куда он годится" Рикардо доказал через два года, когда вместе с бельгийцем Тедди Пилеттом закончил знаменитую 24-часовую гонку вторым. Этот успех, а также другие очень приличные результаты обоих братьев в гонках прототипов и настойчивые советы "Коко" Чинетти в конце концов убедили хладнокровного и чрезвычайно осторожного Энцо Феррари пригласить Родригесов в Маранелло.

Это случилось в середине сезона 1961 года. Младший тут же махнул в Италию, а вот старший... отказался. Тут не было никакой рисовки, как, впрочем, и недооценки собственных сил. Просто к тому времени Педро уже начал, к радости отца, карьеру бизнесмена. И деловые интересы показались ему выше спортивной славы.

Ну а Рикардо дебютировал в формуле 1. Впервые он сел за руль "Феррари-156" в сентябре в Монце и сразу стал автором сенсации. Второе место на старте Большого приза Италии рядом с лидером сезона немцем Вольфгангом Бергом фон Трипсом занял 19-летний мексиканец. Он опередил всех остальных гонщиков "Феррари", несмотря на то, что в его машине стоял двигатель старой модели.

Но сенсация эта продержалась всего сутки - до старта самой гонки. А потом ее сменила другая - страшная. Трипс погиб в этой гонке, унеся с собой жизни 13 зрителей.

На следующий год "Феррари" уже не были конкурентами английским машинам. Поэтому горячему мексиканцу все время приходилось довольствоваться вторыми ролями. Он, конечно, пытался возместить это стартами в чемпионате мира в гонках спортивных машин. Но здесь его преследовала эпидемия поломок. И все же большой успех к Рикардо пришел. Вместе с бельгийцем Вилли Мэрессом, которого чаще называли "сумасшедший Вилли", он выиграл знаменитую итальянскую гонку "Тарга Флорио".

В конце сезона Энцо Феррари, разгневанный постоянными неудачами своей команды, отказался от участия в последних этапах чемпионата мира формулы 1. Гонщикам было сказано, что, если они хотят стартовать, должны сами найти себе машины. Большинство решило спокойно дождаться весны, кто-то ушел в другие команды. А Рикардо гонки необходимы были как воздух. И он принял предложение англичанина Роба Уокера стартовать на "Лотосе" в Гран при Мексики - гонке, не входящей в зачет чемпионата.

Было 1 ноября 1962 года, подходили к концу квалификационные заезды. Лучшим было время англичанина Джона Сертиза. Родригес-младший попытался его улучшить, но в одном из поворотов его "Лотос-24" вылетел с трассы и перевернулся. По дороге в больницу Рикардо умер. Ему шел двадцать первый год.

Трудно описать действие, которое оказала на семью Родригесов эта неожиданная и нелепая смерть. Отец заперся дома и не выходил много-много дней. Педро решил оставить гонки. Однако постепенно в голове его появилась странная мысль. Он постоянно читал и слышал вокруг о трагическом финале одного из талантливейших гонщиков автомобильной истории. Погибшего брата сравнивали с Жан-Пьером Вимиллем, Ги Моллем и самим Берндтом Роземайером. Рикардо стал национальным героем. Вся Мексика оплакивала его. И вскоре Педро убедил себя, что продолжит карьеру брата. Мысль очень необычная для этого человека, которого все привыкли представлять живой вычислительной машиной. Однако Педро решил окончательно и бесповоротно.

И он выполнил свое решение так же обстоятельно и спокойно, как все, что делал в жизни. Уже в следующем году он дважды побеждал и дважды был третьим в гонках спортивных автомобилей. В том же году впервые стартовал в формуле 1. Всего же за девять сезонов выступлений в чемпионате мира на его счету 55 Гран при и две победы - в 1967 году в ЮАР и через три года в Бельгии на самом быстром тогда кольце. Педро выступал за "Купер", "Лотос", "Феррари", БРМ и, безусловно, добился бы гораздо большего, если бы как назло почти всегда не оказывался в этих командах именно тогда, когда они переживали спад и машины их были слабее конкурентов.

Зато в гонках на выносливость, как часто называют состязания спортивных прототипов, он был без преувеличения одним из лучших. На протяжении более чем десяти лет Педро Родригес входил в элиту чемпионата мира в этом виде автогонок. Он побеждал на самых различных трассах, самых разных машинах и с самыми разными партнерами. Более десятка побед, в том числе в Ле-Мане и Спа, Дайтоне и Монце. Он выигрывал на "красных жеребцах" "Феррари" и заокеанских сверхавтомобилях "Форд". "Порше-917" - автомобиль, вошедший в историю автогонок, как один из самых мощных и опасных, стоивший жизни не одному гонщику, не представлял для Педро проблем.

Что еще более любопытно - его гоночная карьера насчитывала уже полтора десятка лет, возраст перевалил на четвертый десяток, а Педро, похоже, только стал входить во вкус. Стиль свой Родригес отточил практически до совершенства. Двукратный чемпион мира в формуле 1 англичанин Грэм Хилл, не раз стартовавший с Педро в одном экипаже, называл его "точно рассчитанный риск". Старший брат, кажется, перенял лучшее, что было в младшем, и добавил свое...

11 июля 1971 года на немецком автодроме "Норисринг" проходили 200-мильные состязания спортивных машин. Шел двадцатый круг гонки, "Феррари", за рулем которого сидел Педро, приближался к сложному крутому повороту. В этот момент со страшным грохотом взорвалась одна из передних шин. Автомобиль ударился об ограждение, вылетел обратно на трассу и вспыхнул. Тяжело раненного гонщика с множественными переломами и черепно-мозговой травмой извлекли из-под горящих обломков и отвезли в больницу. Там, не приходя в сознание, он и скончался.

Вот и все. Тысячи людей проводили в последний путь лучшего мексиканского гонщика... и надолго забыли. А через пятнадцать лет на деньги Хагарда Родригеса был построен "Аутодромо эрманос Родригес", и одним из директоров Большого приза Мексики стал третий брат, никогда не принимавший участия в автогонках.

А. МЕЛЬНИК (АМС N4,1991)