сообщение №1154

Ле-Ман. Автомобиль правит бал

К середине июня в мире любителей автоспорта вспыхивает настоящая лихорадка, сродни, пожалуй, той, которая когда-то будоражила Клондайк. Но «золотая лихорадка» давно канула в Лету, тогда как 24-часовая автогонка спортивных прототипов во французском городе Ле-Ман с каждым годом разжигает все больше и больше страстей.

Несмотря на свой уже весьма солидный возраст, а в этом году состоялся ее 58-й старт, как и в былые времена, она завораживает зрителей отчаянной борьбой. Схватка на трассе не стихает ни днем ни ночью. Порой имя победителя можно назвать лишь за несколько секунд до финиша. История гонки богата такими примерами. В 1966 году разрыв между первым и вторым местом составил 120 метров, а в 1969-м и того меньше — всего 20. И это после 24-часового кружения по знаменитой леманской петле!

Стоит ли после этого удивляться, что чемпионы формулы 1 — признанные асы автомобильных трасс и те считают за честь выиграть эту гонку. Но далеко не всем оказывается по зубам 24-часовой «леманский орешек». За все время проведения соревнований в них приняло участие 15 чемпионов формулы 1, а стать в Ле-Мане первыми удалось лишь пятерым. Больше всех преуспел американец Фил Хилл — победитель чемпионата мира формулы 1 1961 года, которому трижды доставались лавры Ле-Мана. Словом, у этой гонки свои законы, и на старте, перед изматывающим нервы и силы 24-часовым заездом равны все. Кстати, и рекорд трассы принадлежит не асам, а менее именитым гонщикам. Он был установлен в 1988 году на «Ягуаре». За сутки гонщикам удалось пройти по кольцу 5332 км со средней скоростью почти 222 км/ч.

Ночная гонка в Ле-Мане удивительно красива.
Ночная гонка в Ле-Мане удивительно красива.

До предела закрученная интрига, имена блистательных спортсменов, определенная легендарность, которая окутывает соревнования, как, впрочем, и их до предела ужесточенная формула проведения — все это вполне объясняет чрезвычайную популярность гонки в Ле-Мане. Однако вполне еще не означает полностью.

Наблюдая за соревнованиями, разговаривая со специалистами, я постоянно пытался найти какой-то своеобразный ключик-отгадку, который позволил бы постичь тайну их притягательности. Ведь, действительно, сколько сейчас в мире существует самых разнообразных, на все вкусы автомобильных гонок. Ан нет! Все равно «24 часа в Ле-Мане» до сих пор стоят особняком. А связано это, по-моему, с тем, что эти соревнования дебютировали в 1923 году в романтический для автомобиля период, когда он сам победоносно покорял сердца людей.

Росшие как на дрожжах автомобильные фирмы пытались доказать свое право считаться лучшими. Но почему сценой для этого соперничества был выбран именно Ле-Ман, а не, предположим, Париж или какой-нибудь другой город? Этому тоже есть свое объяснение.

Ле-Ман, расположенный в 200 километрах от столицы, оказался очень удобным для проведения подобного рода соревнований. Французский автомобильный клуб остановил свой выбор на этом городе еще в... 1906 году.

Знаменитая Правая унодьерская линия, вызвавшая так много споров.
Знаменитая Правая унодьерская линия, вызвавшая так много споров.

Относительно небольшие размеры Ле-Мана, а также наличие густой сети дорог позволили сделать это. Впоследствии трасса, по которой были проведены первые соревнования, была расширена. И именно она, эта трасса, легла в основу будущей 24-часовой кольцевой гонки.

В 1923 году протяженность леманской петли составляла 17 километров 262 метра. Затем она была несколько уменьшена. В последние четыре года шоссейная орбита для гонщиков стала вписываться в расстояние 13 километров 535 метров. Но как бы ни изменялась трасса, один ее участок всегда оставался прежним. Это знаменитая, как здесь ее называют, Правая унодьерская линия. Это практически прямой участок дороги длиной около 6 километров.

В обычной жизни — это настоящее шоссе, которое закрывается перед гонкой и после специальных работ отдается на откуп спортсменам.

На этом-то участке, к неописуемой радости зрителей, гонщики вовсю демонстрируют мощь моторов своих приземистых красавцев. В 1988 году на Правой линии спортивный прототип «Порше» прошел с рекордной скоростью — 405 км/ч. Вот тогда-то над Правой унодьерской линией и сгустились тучи.

Международная федерация автоспорта (ФИСА), в лице ее президента Жан-Мари Балестра, сочла участок непригодным для подобных скоростей и потребовала его срочного переоборудования, что для организаторов было заведомо невыполнимой задачей.

«Порше-962Ц» — один из самых известных и результативных прототипов 80-х годов.
«Порше-962Ц» — один из самых известных и результативных прототипов 80-х годов.

Злые языки утверждают, что были и другие причины. Как, например, недостаток, с точки зрения ФИСА, финансовых отчислений в ее казну от телетрансляций гонки.

Но как бы то ни было, предъявленные требования в жесткие сроки организаторы не могли выполнить, и тут же последовали санкции.

В 1989 году «24 часа в Ле-Мане» были исключены из официального зачета чемпионата мира среди спортивных прототипов. Однако соревнования, даже лишенные официального статуса, тем не менее вновь прошли успешно, собрав 200 тысяч зрителей и весь цвет мирового автомобилестроения.

И вот тогда их организаторам ФИСА объявила самую настоящую войну. Она попыталась запретить гонку, точнее, объявила о ее запрете. Но ничего из этого не вышло. Слишком много значат «24 часа в Ле-Мане» для поклонников автоспорта.

«Ниссан» — опасный конкурент «ягуаров» и «мерседесов». На снимке — модель 1989 года «Р89Ц».
«Ниссан» — опасный конкурент «ягуаров» и «мерседесов». На снимке — модель 1989 года «Р89Ц».

Протест получился всеобщим и впечатлил даже правительство. В дело вмешался Роже Бамбук — государственный секретарь по делам молодежи и спорта Франции. Благодаря его посредничеству с ФИСА было установлено перемирие.

Нашли компромиссное решение: на самом быстром участке ограничили скорость. И гонка как ни в чем не бывало пошла в своей истории на 58-й виток. Символично, что старт ей дал сам Роже Бамбук. Ну, а что творилось на специально оборудованных трибунах на всем протяжении гоночного кольца, трудно передать словами. Зрителей собралось около 250 тысяч. Причем мощную поддержку французам оказали англичане, высадившие в Ле-Мане 40-тысячный десант.

Обычно в свой многотрудный путь участники отправляются точно в шестнадцать ноль ноль. Так было и на этот раз. Со старта вдогонку за временем ушло 49 экипажей, которые по нынешним правилам соревнований состоят из трех человек. Ведущие мировые автомобильные компании прислали в Лe-Ман спортивные прототипы. В том числе «Порше», «Ягуар», «Форд», «Рено», «Лянча», «Альфа-Ромео», «Ниссан», «Мазда», «Тойота», «Мицубиси».

Французы говорят, что отсутствующий всегда не прав. Главным отсутствующим на этих соревнованиях была фирма «Мерседес» — победитель прошлогодней гонки. Компания посчитала, что если соревнования не идут в официальный зачет, то не надо и копья ломать. Думается, впоследствии она пожалела о своем решении.

Том Уокиншоу — менеджер команды «Ягуар». С именем этого человека связано возвращение знаменитой английской марки на гоночные трассы.
Том Уокиншоу — менеджер команды «Ягуар». С именем этого человека связано возвращение знаменитой английской марки на гоночные трассы.

Огромный интерес к «24 часам в Ле-Мане» был проявлен не только во Франции, но и во всем мире.

Прямые телевизионные трансляции с трассы велись на 26 стран. Что может быть лучшей рекламой, чем показ машины в деле. Пусть это и спортивные прототипы, но как раз на них «обкатываются» многие будущие новинки серийного автомобилестроения. Словом, отсутствие «Мерседеса» не испортило обедни.

Очень сильных конкурентов и так было предостаточно. Перед стартом считалось, что основная борьба развернется между командами «Порше», «Ягуар» и «Ниссан». Поначалу так оно и было. Но ближе к ночи стало все отчетливее вырисовываться преимущество «Порше» и «Ягуара». Спор между ними получился, можно сказать, принципиальным. Дело в том, что разница в лошадиных силах была в пользу «Порше». Она составляла 50 л. с. Но этого оказалось недостаточно. Более надежными проявили себя двигатели «Ягуара», что, в конечном итоге, и принесло этой английской фирме заслуженную победу.

Любопытно, что в победном экипаже «Ягуара» оказался только один англичанин. Это Мартин Брандл. Двое других — Прис Кобб — американец и Джон Нильсен — датчанин. За 24 часа им удалось пройти 4882 километра со скоростью 204 км/ч. И на втором месте оказалась машина фирмы «Ягуар». Лишь третьим и четвертым были автомобили западногерманской «Порше».

Из 49 машин, ушедших со старта, финиша достигли лишь 29. Да и победному экипажу команды «Ягуар» также пришлось изрядно поволноваться. Гонщики 31 раз останавливались у бокса, что заняло в итоге 67 минут. Во время этих коротких передышек 15 раз чередовались члены экипажа, 30 раз машина заправлялась горючим, 7 раз — маслом, 5 раз менялись тормозные колодки. Это все рутинная работа, но были вещи и посерьезней. В 5 часов утра забарахлил двигатель. Пришлось остановиться. В 11:30 разладилась тормозная система. А уже после окончания гонки датчанин Нильсен признался, что с 11 часов утра в воскресенье у них не работала четвертая передача. «Но мы не показали вида, что у нас есть проблемы,— добавил он,— и продолжили гонку, выдержав необходимый для победы темп».

Современные спорт-прототипы развивают невероятные скорости — свыше 400 км/ч! На трассе — «Ягуар-XJR9».
Современные спорт-прототипы развивают невероятные скорости — свыше 400 км/ч! На трассе — «Ягуар-XJR9».

...Сейчас Ле-Ман, переживший очередную автомобильную эйфорию, живет размеренной жизнью. Знаменитая Правая линия превратилась в обычную национальную дорогу с максимально допустимой скоростью 110 км/ч. В случае нарушения правил будешь иметь дело не с Международной федерацией автоспорта, а с полицией.

Между тем конфликт организаторов с ФИСА продолжается. И скоро Ж.-М. Балестр должен вынести окончательный вердикт. Удастся ли найти компромиссное решение противоборствующим сторонам? Хочется надеяться, что да.

О. МАКСИМЕНКО, (АМС №3, 1990)