сообщение №963

Вальтер Брун: «Формула 1 – это еще не все в жизни»

Вальтер Брун.
Вальтер Брун.

Для одних формула 1 — лишь способ заработать, для других — дорогая игрушка, для третьих — вся жизнь. Но в любом случае так и хочется добавить: тот, кто однажды окунулся в этот мир, уже никогда не сможет с ним расстаться. Однако так бывает далеко не всегда.

Вальтер Брун появился в формуле 1 подобно буре: «Я не для того сюда явился, чтобы плестись в хвосте!» Эти слова счел бы бахвальством любой, но только не тот, кто хорошо знал швейцарца. Ведь Бруна считали счастливчиком, он добивался успеха почти во всех своих начинаниях. В учебе и бизнесе, на поприще пилота и в руководстве гоночной командой — везде ему сопутствовала удача.

Вальтер родился в семье почтового служащего. Получил блестящее образование, с отличием закончив бизнес-школу и институт французского языка. С юношеских лет Вальти проявил любовь к автомобилям. Поездки в школу на отцовском «Воксхолле» родители сочли еще детской шалостью. Но в 18 лет Брун-младший совершил несколько мини-рейдов по окрестностям местечка Энтельбах на «дьявольском» (по мнению соседей) БМВ-1800. Вполне понятно, что после таких подвигов Вальти приобрел репутацию лучшего водителя в округе. Однако отец настоял на «гражданской» карьере сына, и Вальтер стал работником почты.

Его совсем не прельщала эта стезя. К тому же Вальтер имел еще одно хобби. Он играл на рояле в местном ночном клубе, задерживаясь нередко до трех часов ночи. А в пять утра нужно уже было быть на работе. И однажды, набравшись мужества, Вальтер попросил почтмейстера об изменении режима. Ответ был в том духе, что «общественные интересы выше личных». Тут молодой Брун разгорячился и выложил все, что он думает о почтовой службе вообще и о своем патроне в частности. После чего, естественно, трудно было рассчитывать на продолжение карьеры почтового служащего. Много позже Брун говорил: «Я нисколько не жалею, собственная независимость — самое главное в моей жизни».

Но и в ночном клубе Брун работать не остался, а без единого франка в кармане переехал в Люцерн. Там он узнал о продаже восьми игровых автоматов и, заручившись поддержкой местного банка, встал на путь свободного предпринимательства . Недаром же он окончил бизнес-школу. И пошло-поехало... Тогда Вальтеру едва исполнился 21 год. Прошло всего лишь четверть века, и он стал не только весьма состоятельным, но и одним из самых известных людей Швейцарии.

Здесь можно закончить рассказ о Бруне-бизнесмене, далее речь пойдет о Бруне-пилоте и о Бруне — владельце гоночных команд.

Вальтер не забыл свои детские подвиги и по настоянию друзей в 22 года начал карьеру автогонщика. Он приобрел лицензию и отправился на первые в своей жизни официальные соревнования — горную гонку «Сиерра Монтана хиллклаймб» и, к удивлению многих (и прежде всего к своему собственному), финишировал третьим. В том же 1964 году 120-сильный «Лотос-Кортина» привез своего хозяина на второе место в чемпионате Европы по подъему на холм! Итак, если не считать почты (куда затащил его отец), уже второе начинание Бруна закончилось быстрым и безоговорочным успехом.

В чемпионате мира спорт-прототипов Брун и автомобили его команды были среди лидеров.
В чемпионате мира спорт-прототипов Брун и автомобили его команды были среди лидеров.

Горным гонкам Вальтер оставался верен вплоть до 1971 года, когда в команде «Герман Шнитцер» на БМB-2002 он стал в третий раз чемпионом Европы.

Потом вместе со своей командой Брун перебрался в европейское первенство по кольцевым гонкам. Однако дебют оказался неудачным. На первом же этапе в Брно Вальтер вылетел с трассы, перевернулся, разбил машину и сам чудом остался жив. Будто кто его сглазил — кольцевые гонки не задались. К тому же «Шнитцер» был новичком, а за конкурентов выступали пилоты высочайшего класса — достаточно назвать всего несколько фамилий — Н. Лауда, К. Амон, Э. Фиттипальди, Дж. Стюарт. И звезда Бруна-гонщика, так ярко вспыхнувшая, стала потихоньку закатываться. Ни разу он гак и не смог войти даже в десятку чемпионата Европы.

В 1976 году Брун перешагнул еще одну ступеньку — в чемпионат мира спорт-прототипов. Однако «лучшие места» там оказались заняты, а 34-летнему швейцарцу осталось лишь пытаться обратить на себя внимание с «галерки». У него это получилось в общем-то не так уж плохо — пять побед в классе до 2000 см3 в том числе и в Ле-Мане. Но — поезд уже ушел. «Я пришел на кольцо слишком поздно»,— вспоминал Вальтер. Так ли это? Трудно сказать. Как бы то ни было, Брун потерпел свою первую неудачу.

Возможно осознав, что ему не одолеть вершины автоспорта в качестве пилота. Вальтер решил создать собственную гоночную команду. Немало способствовали принятию такого решения успехи в предпринимательской деятельности, приносившей стабильные доходы. Его выбор пал на фирму, в которой он недавно работал. К 1982 году «Шнитцер» оказалась на грани краха, и подавляющее большинство специалистов считали решение Бруна необдуманным, а новоиспеченной команде предрекали недолгую жизнь.

В 1984 году, выступая за рулем «Порше-956», Брун был четвертым в Ле-Мане и вторым в Монце.
В 1984 году, выступая за рулем «Порше-956», Брун был четвертым в Ле-Мане и вторым в Монце.

Однако сам Вальтер имел на этот счет собственное мнение. Он не стал увольнять служащих «Шнитцер». Кто хотел, тот ушел, оставшиеся же вряд ли пожалели о своем выборе. Брун верил в успех с самого образования своей «конюшни», которая получила название «БрунМоторШпорт». Он говорил, что парни из «Шнитцер» — знатоки своего дела и полны решимости создать чемпионскую команду. Главными помощниками Вальтера стали Питер Райниш и Томас Фогельзанг. Первый из них имел десятилетний опыт работы и согласился стать менеджером новой «конюшни» при условии, что его коллега Пауль Вальч останется главным механиком. Вальтер Брун считал, что только при условии, когда все в ней будет лучшее — пилоты, механики и конструкторы и, конечно, лучшие автомобили, когда все в команде заработает как единое целое, лишь тогда можно рассчитывать на победу. Но если с обслуживающим персоналом все было в порядке, то с пилотами и автомобилями возникли определенные трудности.

В наследство Бруну достались не первой свежести БМВ-M1, «Лянча-Бета-Монте-Карло-турбо» и «Заубер-С6». Неудивительно, что никто из известных профессионалов не хотел выступать за его «конюшню». Кончилось тем, что в 1000-километровой гонке на «Нюрбургринге» Брун попал в аварию, превратив в металлолом старенький «Заубер». «И черт с ним,— сказал тогда «играющий хозяин»,— все мои мысли уже о новой машине — «Порше-956». Как только «БрунМоторШпорт» приобрел эту машину, команду, как по мановению волшебной палочки, засыпали предложения от пилотов и спонсоров.

Аппетит приходит во время езды, и вот Вальтер решил отгрохать научно-технический центр в Швейцарии. Было построено ультрасовременное здание, в котором расположились все отделения «БрунМоторШпорт». Что касается пилотов, то Брун хотел видеть за рулем своих машин только сильнейших. Немногие «конюшни» того времени могли похвастать такой россыпью мировых звезд, которые в разное время выступали под флагом команды Вальтера Бруна. Стефан Белофф, Тьерри Бутсен, Оскар Ларраури, Ханс-Иоахим Штук, Йохен Масс. Да и сам Вальтер продолжал участвовать в гонках. Фогельзанг говорил по этому поводу: «Для меня было непостижимо, как Вальти после напряженного многодневного труда в состоянии гоняться на мощнейшем «Порше-962», которым очень тяжело управлять, и показывать результаты зачастую не хуже собственных пилотов».

Брун, помимо всего прочего, обладал мягким дружелюбным характером. Он один из очень немногих в автогоночном мире, кто не имел врагов. Соперников — да, но не врагов. Под стать своему шефу была и команда. А помните слова Вальтера «когда все в команде работает как один механизм, четко и слаженно — лишь тогда приходит успех»!

И он не заставил себя ждать — в 1986 году «БрунМоторШпорт» стала чемпионом мира. Первенство в этой категории автоспорта в середине восьмидесятых годов практически оспаривали автомобили одной фирмы — немецкой «Порше». Остальные были не более чем статистами. И поскольку в чемпионате не участвовала заводская команда «Порше», ее прототипы использовали различные частные «конюшни». Так как автомобили были одинаковыми, на первый план выходило мастерство пилотов и расторопность механиков. Здесь-то и показали весь свой потенциал подопечные Бруна.

Но Вальтер не собирался почивать на лаврах. Если достигнута одна цель, надо идти к другой. И Брун решил сделать еще один шаг — в формулу 1. В конце следующего года он договорился с Паоло Паванелло, владельцем команды «Еврорэйсинг», за которую в Ф1 выступали автомобили «Альфа-Ромео». Вероятно, желая повторить удачный эксперимент со «Шнитцер», Брук не стал тасовать состав итальянской команды, оставив всех на своих местах. Потом последовало его амбициозное заявление: «Я не для того пришел в Королеву автоспорта, чтобы плестись в хвосте!» Но...

Начало «ЕвроБруна» казалось многообещающим. Во всяком случае новую команду взял под свое крылышко всесильный «Филип Моррис». В центре — B.Брун, второ
Начало «ЕвроБруна» казалось многообещающим. Во всяком случае новую команду взял под свое крылышко всесильный «Филип Моррис». В центре — B.Брун, второй слева — C.Модена.

На этот раз фортуна отвернулась и от Бруна-менеджера. Ослепительно белые монопосты команды «ЕвроБрун» не завоевали за весь чемпионат 1988 года ни одного очка. Девять раз О. Ларраури и С. Модена не сумели пройти квалификацию. Само по себе это не было трагедией: быстрый успех в Ф1 — исключение из правил. Хуже всего было другое. Довольно скоро выяснилось, что Брун поставил не на ту лошадь. Чутье предпринимателя обмануло его.

По сути дела итальянцы не горели желанием сделать что-нибудь путное и, в отличие от персонала «Шнитцер», который приложил максимум усилий для победы, обманули надежды Вальтера. Осознав этот горький для него факт, Брун произнес: «Формула 1 — это еще не все в жизни», дав этим понять, что день его ухода с арены «Большого цирка» не за горами. В чемпионате 1989 года команда «ЕвроБрун» потерпела полное фиаско — ее «формулы» ни разу не стартовали в розыгрышах Больших призов, так как гонщики не смогли пройти квалификацию. Правда, в том же 1989 году Вальтер предпринял последнюю попытку, приобретя всемирно известный «Брэбхэм» и став, пожалуй, единственным владельцем двух команд формулы 1 сразу. Но и этот эксперимент закончился провалом.

В чем же кроется неудача шефа «ЕвроБрун»? На этот вопрос никто не сможет ответить точнее самого Вальтера: «Я всегда доверял людям, и, как правило, они платили мне тем же. Но если кто-то обманывал меня, то я больше никогда не имел с ними никаких отношений». Вероятно, если бы Брун сменил штат своей команды, нашел спонсоров, хороших конструкторов, если бы он нанял тест-пилотов, предпринял бы все усилия для воплощения своей мечты, возможно, что лет через пять он и начал бы свое восхождение в формуле 1...

Но это был как раз тот редкий случай, когда его доверие было обмануто. И Вальтер Брун предпочел покинуть мир больших призов, чем остаться среди людей, предавших его.

М. МЕДВЕДЕВ (АМС №4, 1993)