сообщение №1149

«Минское дело»

В последние годы это стало почти аксиомой — чтобы увидеть что-то действительно современное и передовое, будь то птицефабрика или фирма по производству гоночных автомобилей, необходимо махнуть куда-нибудь далеко на Запад. Представить себе что-либо подобное на территории бывшего Союза не то что трудно — просто невозможно.

Тем большим сюрпризом стало для меня это «минское дело».

Весть о том, что в столице Беларуси должна состояться презентация некоей гоночной команды, я, признаться, воспринял с изрядной долей скепсиса. Слишком привыкли мы к тому, что говорится у нас гораздо больше, чем делается.

Начало же, скажем прямо, не добавило оптимизма. Радушный и бодрый «хозяин» Геннадий Драбкин встретил меня на вокзале. До начала намеченной на вечер презентации оставалось часов десять, и за время короткой поездки с вокзала я услышал очень интересную, но малоправдоподобную историю о некой фирме «Джек», представителем которой Геннадий являлся и которая построила несколько гоночных «формул», в том числе самую настоящую «формулу 3». Более того, эту «трешку» уже продали прошлогоднему чемпиону Японии. И наконец, сегодня я увижу молодежную белорусскую команду, для которой все та же фирма «Джек» собрала парочку машин германской формулы «Юниор». Однако прежде чем мы поедем в цеха, надо будет заскочить в одну контору, чтобы захватить оттуда телевизор и стулья для презентации, а заодно можно будет посмотреть компьютерный зал и программистов, работающих над разработкой чертежей формулы 3.

Честно говоря, слова влетали в ухо, но разум отказывался принимать все услышанное на веру. Свое скептическое отношение к этим байкам я постарался скрыть за вежливой улыбкой и ободряющими междометиями.

Впрочем, настороженность трансформировалась в благодушие после чашки горячего кофе с бутербродами, а снисходительное безразличие вскоре сменилось на задумчивость во время беглой и даже слегка небрежной демонстрации процесса компьютерного проектирования.

Автомобиль формулы «Юниор».
Автомобиль формулы «Юниор».

Все еще не веря своим глазам, я внимал директору фирмы «Тест-САПР» Николаю Калиновскому (кстати, раллисту-штурману) и смотрел на экраны мониторов, где вертелись проекции гоночного автомобиля.

«Мы старые друзья,— пояснил Драбкин,— и потому нам приятно и выгодно работать вместе. Тест нам здорово помогает».

Даже в тот момент скептик во мне не сдался и раздраженно твердил, что компьютерная анимация — это только игрушки. Вы мне машину покажите!

И вот мы у цели — на территории большого механического завода, где фирма «Джек» занимает целый этаж площадью в пару тысяч квадратных метров (если не побольше). Здесь меня встретил Александр Синкевич — директор и совладелец фирмы «JAK — Отомотив Кар Текнолоджи Лимитед», что в переводе звучит как «Джек — Автомобильные технологии».

Последнее, что сказал мой «скептик»: «Это, конечно, не «Мак-Ларен». И умолк. Передо мной был оптимальный набор станков и приспособлений для производства гоночных автомобилей. Макетный стол для точной сборки шасси. Цех покраски. И, самое главное, небольшая печь-автоклав для выпечки монокока, антикрыльев и прочих углепластико-кевларовых штучек. Согласитесь, что печь — это уже неплохо. Тем более, когда к ней имеется солидный запас композитных листов-полуфабрикатов всех видов и размеров. Когда же после всего этого передо мной предстала сама маленькая, аккуратная, ослепительно белая «формула», я был окончательно сражен. Настолько, что даже не сразу заметил самого босса фирмы Йохана Кнаппа.

Стараясь скрыть свою оплошность бурными и, поверьте, искренними восторгами, я принялся расспрашивать об автомобиле. Спокойно и обстоятельно рассказывая о машине, бородатый инженер поведал мне, что однажды уже пытался иметь дело с «советскими». Было это более трех лет назад, когда он вместе с еще одним немцем, Томасом Ламлой пытался осуществить проект «Тарк-Алеко». Идея тогда заключалась в том, что машина, сконструированная Кнаппом, оснащалась двигателем АЗЛК для участия в чемпионате Германии ФЗ. Причем планировалось пригласить в команду одного из ведущих советских гонщиков. Проект этот провалился. По словам Кнаппа, виноват здесь был и Ламла, с которым сам Йохан также не сработался, и АЗЛК, действовавший по недоброй памяти «совковой» методе. Ныне Ламла, по слухам, владелец эстонского завода «Кавор», выпускавшего гоночные «Эстонии», а Кнапп за прошедшее время успел разработать для немецкого автоклуба АДАК чертежи машины формулы «Юниор», за проведение соревнований на которой взялась БМВ.

Что же касается рождения СП «Джек», то здесь виноват Его Величество Случай, да еще, пожалуй, любовь к автоспорту Александра Синкевича и Геннадия Драбкина. Фамилии, эти знакомы читателям «АМС». До недавнего времени инженер Синкевич руководил командой Минского автозавода, первым (и единственным) номером которой был Геннадий Драбкин. Гоночный МАЗ создали на голом энтузиазме и лишь благодаря помощи Ярославского моторного завода. Впрочем, несмотря на жуткие условия существования при «Белавто-МАЗе», команда не только существовала, но даже прилично выступала в Кубке ФИА по «грузовому кольцу». Ребят уважали и ценили как соперники, так и многочисленные западные фирмы, вовлеченные в гонки тягачей. Так что совсем не случайно немецкий конструктор Йохан Кнапп, познакомившись с белорусскими спортсменами, решил предложить им работать вместе. И опыт в автоспорте, и, главное, неформальные связи с заводами, мастерскими, бизнесменами и просто сильными мира сего у Синкевича с Драбкиным были.

Еще когда совместное предприятие существовало только на бумаге, будущие компаньоны начали подготовку к предстоящей работе. Минчане нашли помещение, а Кнапп в июле 1992 года вывез несколько бывших членов мазовской команды на учебу в Германию на известную немецкую «настроечную» фирму «Цакспид». К 26 ноября прошлого года — дате регистрации фирмы «Джек» — была проделана практически вся подготовительная работа, и сразу началась сборка первого автомобиля. Вкалывать пришлось не покладая рук от зари до зари, зато к марту первый собранный в Белоруссии автомобиль формулы 3 был готов. Все в нем — от монокока до подвески — было сделано в Минске. И как сделано! Первенец тут же обрел покупателя — победителя японского чемпионата в формуле 3 Энтони Рейда. Англичанин выбрал «Джек» потому, что эта чуть ли не единственная машина ФЗ, которая делается по технологии формулы 1. Сегодня Рейд довольно успешно выступает на белорусском автомобиле, который в западной прессе именуют «Кнапп-F3».

Первая машина формулы 3, изготовленная в Минске.
Первая машина формулы 3, изготовленная в Минске.

Следующим делом фирмы «Джек» стала постройка двух машин формулы «Юниор», предназначенных на этот раз для «внутреннего употребления». Энтузиасты белорусского автоспорта решились на необычный по нынешним тяжелым временам шаг — создание собственной команды. Причем ставку сделали не на опытных пилотов, а на совсем молоденьких и перспективных ребят из картинга, дали им шанс проявить себя в настоящих гонках. После многоэтапного отбора четверо лучших предстали на презентации и на следующий день отправились в Голландию на трассу «Зандфоорт», чтобы отобрать двоих, которым предстояло стать полноправными участниками открытого чемпионата Германии в гонках формулы «Юниор».

Что ж, «минское дело» закрутилось. Ну а тем, кому захочется своими глазами увидеть действительно современную фирму по производству гоночных автомобилей, придется все же отправиться на запад — в столицу суверенной Беларуси.

В. ИВАНОВ (АМС №10, 1993)